(навеяно топиком об Императрице Марии)
по материалам сборника Гангут ? 10, Морская коллекция ?4/98 и ?5/99, В.Б.Муженников 'Линейные крейсера Германии'
Линейный крейсер 'Султан Селим Явуз' ex 'Гебен'.
25400 т., 186,5 м, 85000 л.с., 28 уз., броня от 50 (палубы) до 350 (рубка) мм, экипаж 1050 чел., 10-280/50 орудий, 12-150/45, 12-88/45, 4 торпедных аппарата.
Германские линейный крейсер 'Гебен' и легкий крейсер 'Бреслау' к началу первой мировой войны находились в Средиземном море. Ускользнув от сил Антанты 28.7.14 укрылись в Дарданеллах, после чего 03.8.1914 были формально проданы Турции, с сохранением немецкого экипажа. Командующий обоими крейсерами адмирал Вильгельм Сушон был назначен командующим турецким флотом.
Всё это способствовало вступлению Турции в войну на стороне Германии и изменило соотношение сил на Черном море не в пользу Российского флота.
К началу боевых действий Черноморский флот насчитывал 7 броненосцев, 2 бронепалубных крейсера, 1 яхту, 17 эсминцев, 13 миноносцев, 4 подлодки, а также канонерские лодки, минные заградители, посыльные суда и транспорты. Среди них только 4 ЭМ типа 'Дерзкий' являлись вполне современными и удачными кораблями.
Турецкий флот составляли 3 броненосца, 2 малых бронепалубных крейсера, 2 минных крейсера, 8 эсминцев, 10 миноносцев, а так же канонерские лодки, малые и старые суда.
Пополнение турецкого флота германскими кораблями сразу придало ему новое качество. 'Гебен' значительно превосходил любой русский корабль. Его боевая мощь примерно соответствовала силе 3-х лучших черноморских броненосцев, 10-узловый перевес в скорости позволял немцам выбирать время и место боя, а в нем самом командовать дистанцией. 'Гебен' представлял смертельную угрозу русским крейсерам и большинству эсминцев.
Качественное превосходство германских кораблей над прочим составом турецкого флота делало их совершенно уникальным фактором в боевых действиях на море. Черноморцы прозвали их 'дядя' и 'племянник'
Война для Черноморского флота началась с 'Севастопольской побудки' 16.10.14, когда 'Гебен' обстрелял Константиновскую батарею, внутренний рейд и портовые сооружения, выпустив 47 снарядов 280 мм и 12 - 150 мм калибра. Всё это время 'Гебен' маневрировал на минах крепостного заграждения, которые никто не удосужился привести в боевое состояние «Родина-мать:Lab.»
На обратном пути крейсер потопил возвращавшийся в Севастополь минный заградитель 'Прут'. Начальник дозорного дивизиона эскадренных миноносцев капитан 1 ранга кн. В.В.Трубецкой предпринял тремя своими слабыми (тип 'Заветный' 515т, 64м, 2-75мм/50 орудия, 2 торпедных аппарата) кораблями смелую попытку атаковать противника. На дистанции 45-50 кабельтов 'Гебен' добился накрытия флагманского ЭМ 'Лейтенант Пущин', на котором 150мм снаряд разбил привод штурвала и вызвал пожар. Трубецкому пришлось отвернуть и отказаться от атаки. 18.10.14 Гебен вернулся в Босфор.
Запоздалый выход в море главных сил Черноморского флота не принёс никаких результатов.
После поиска 'Гебена' флот вернулся в Севастополь 19.10.14. Очередной выход русского флота в море состоялся 22-25.10.14. В это время 'Гебен' находился в море направляясь к Севастополю.
Получив по радио донесение об обстреле Зунгулдака Сушон повернул к Турецким берегам. Вскоре на 'Гебен' поступило сообщение о силах неприятеля, которые оценивались в 6 броненосцев и 13 эсминцев. После этого боевой пыл германского адмирала несколько угас. Так или иначе, прекратив поиски противника, 'Гебен' 25.10.14 вошел в Босфор.
4.11.14 'Гебен' и 'Бреслау' вышли в море, с целью перехватить русский флот, возвращавшийся от берегов Анатолии, и 'атаковать его по частям'.
продолжение следует...
[edited by Laborant]
Утром 5.11.14 на подходах к крымским берегам стояла тихая погода, легкий туман ограничивал видимость 30-40 кабельтовыми, особенно плох был горизонт в направлении Севастополя. Командующий флотом А.А.Эбергард держал флот в походном порядке. В 3,5-4 милях впереди главных сил располагалась крейсерская завеса: 'Память Меркурия', 'Алмаз' и 'Кагул'. Кильватерную колонну броненосцев составляли 'Евстафий', 'Иоанн Златоуст', 'Пантелеймон', 'Три Святителя' и 'Ростислав', позади броненосцев в двух кильватерных колоннах шли 13 эсминцев.
Походный порядок Черноморского флота не в полной мере соответствовал обстановке: сравнительно тихоходные крейсеры были подставлены под внезапный удар противника, а эсминцы не могли быстро выйти в торпедную атаку.
Соотношение главных сил в целом складывалось в пользу русских шестнадцать 305 мм орудий, которых стреляли 332 кг фугасными и 380 кг бронебойными снарядами. 280-мм орудия 'Гебена' снарядами массой 300 кг. Бортовой залп черноморской дивизии усиливали также 35 орудий среднего калибра (152 и 203 мм), германского крейсера - всего шесть 150 мм пушек.
Однако 'Гебен', более крупный, современный и лучше защищенный (толщина брони главного пояса составляла 270 мм, против 229 мм на броненосцах типа 'Евстафий') превосходил русские корабли также в скорости стрельбы. При этом, учитывая скоротечность артиллерийского боя, боевую мощь устаревших 'Трех Святителей' и 'Ростислава' можно было и вовсе не принимать в расчёт.
Именно так и рассуждало командование Черноморского флота, которое ещё до войны отрабатывало особую организацию стрельбы 1й бригады - 'Евстафия', 'Иоанна Златоуста' и 'Пантелеймона' - на случай её встречи с дредноутами. Управление огнём по одной цели осуществлялось централизованно со среднего корабля в строю ('Иоанна Златоуста'). Команды передавались особым кодом по радио. На учебных стрельбах обычно достигали вполне удовлетворительных результатов, причем получались одновременные шестиорудийные залпы всех трёх кораблей - по одному выстрелу из каждой башни.
Для русских предпочтительным был бой на дистанции 80-100 кабельтов в условиях хорошей видимости. В тумане трудности централизованного управления огнём и прочие случайности неизбежны, а каждый удачный выстрел 'Гебена' имел бы серьёзные последствия для русских кораблей, спроектированных на 10 лет ранее, в предыдущую эпоху. Зато и германскому крейсеру грозила внезапная встреча с эсминцами. Действительность же, как это обычно бывает опровергла самые строгие предположения и расчёты.
Около 11-40, находясь в 45 милях от мыса Херсонес, почти напротив мыса Сарыч, 'Алмаз' сигнализировал прожектором на 'Евстафий', что наблюдает большой дым. Несколько ранее германские крейсеры из-за тумана нарушили радиомолчание. Спустя несколько минут 'Алмаз' обнаружили с 'Бреслау' и 'Гебен' развив полный ход повернул прямо на противника.
Адмирал Эбергард также распорядился увеличить ход до 14 узлов, приказав своим кораблям уменьшить интервалы и подтянуться. С мостика 'Евстафия' справа по курсу в 80-90 кабельтов заметили дым. По докладу старшего артиллериста лейтенанта А.М.Невинского командир флагманского корабля капитан 1 ранга В.И.Галанин предложил адмиралу перевести главные силы в строй фронта, чтобы при появлении неприятеля быстрее построить боевой порядок на выгодном курсовом угле. Но Эбергард посчитал, что маневрировать ещё рано, и только в 12-15, после повторного напоминания, приказал повернуть последовательно на 8 румбов влево.
В это время остальные русские корабли занимали предназначенные им места: 'Кагул' - в голове, 'Память Меркурия' - в хвосте строя, 'Алмаз' уходил за линию главных сил, эсминцы устремились на левый траверс броненосцев.
Как только 'Евстафий' лёг на новый курс, справа в тумане показался силуэт 'Гебена'. После поворота 'Иоанна Златоуста' командующий флотом приказал открыть огонь. Однако туман и дым из труб 'Евстафия' помешали точно определить дистанцию на 'Иоанне Златоусте'. Управляющий огнём передал в эфир 'прицел 60', хотя дистанция была минимум в полтора раза меньше.
продолжение следует...
Тем временем на 'Евстафии' её определили верно (38,5 кабельтова) и с разрешения командующего открыли стрельбу, нарушив, тем самым, казалось, так хорошо отработанную схему управления артиллерийским огнём.
Не лучше обстояло дело и на других кораблях. 'Пантелеймон' из-за дыма и мглы не видел цели и огня главным калибром не открывал. 'Три Святителя' стрелял по неверным установкам 'Иоанна Златоуста', а командир отставшего 'Ростислава', не открывая огня по 'Гебену' обстрелял 'Бреслау'. Таким образом бой с 'Гебеном' вёл один 'Евстафий'.
Вскоре после своего поворота русские корабли обнаружили с мостика 'Гебена'. Адмирал Сушон немедленно приказал ворочать вправо - почти на параллельный курс противнику. Через несколько секунд после первого залпа 'Евстафия' (12-24) 'Гебен' с дистанции 38-39 кабельтов открыл ответный огонь, сосредоточив его на головном корабле русских.
Артиллеристы 'Евстафия' и 'Гебена' оказались достойными противниками. Первый же двухорудийный залп русского флагмана дал попадание в третий 150мм каземат левого борта 'Гебена'. Снаряд пробил броню, вызвав пожар зарядов. Погибло 12 человек, некоторые получили тяжелые отравления газами и позднее скончались.
Первый пятиорудийный залп 'Гебена' лёг перелётом на 2-3 кабельтова. Снаряд из второго залпа пробил среднюю дымовую трубу 'Евстафия' и вывел из строя радиоантенну. Третий и четвертый залпы дали два попадания. Первый снаряд попал в середину 152мм батареи, пробил 127мм броню, вызвал большие разрушения и пожар патронов. Второй снаряд пробил две 152мм броневые плиты в передней части батареи, повредив 152мм орудие. Погибло 34 человека, 24 было ранено. Один из снарядов последующего залпа разорвался у самого борта, сделав несколько осколочных пробоин. Два снаряда легли в 10-15 метрах от правого борта 'Ростислава'.
Несмотря на повреждения и потери 'Евстафий' продолжал бой. По мнению противника русские залпы ложились так хорошо, что В.Сушону показалось даже, что 'Гебен' находится под сосредоточенным огнём пяти русских кораблей. Повернув направо в 12-35 'Гебен' поспешил скрыться в полосе тумана. Не исключено, что такое впечатление сложилось у Сушона, когда он наблюдал падение 152мм и 203мм снарядов 'Евстафия' открывшего беглый огонь из орудий среднего калибра. Бой прекратился. Русские корабли, сделав большую петлю, направились в Севастополь.
В этом скоротечном бою 'Евстафий' произвел 12 выстрелов главным калибром, добившись одного попадания (8,3%). 'Гебен' - по германским данным выпустил девятнадцать 280мм снарядов (15,8% попаданий), хотя русские наблюдали падение не менее 6 залпов (30 снарядов).
(По сведениям, полученным русскими во время войны, в 'Гебен' попало 14 снарядов калибром от 152 до 305мм, а его потери в людях составили 115 убитых и 59 раненых)
'Иоанн Златоуст' успел сделать 6 выстрелов главным калибром, 'Три Святителя' - 12.
Начатая Минной бригадой атака на была отменена по приказанию командующего.
Следует признать, что обе стороны не проявили должной настойчивости в достижении цели. В.Сушон, обнаружив русский Черноморский флот в полном составе, поторопился скрыться, оказавшись под огнём сравнительно более слабого противника. В свою очередь А.Эбергард не использовал всех возможностей применения своих многочисленных сил. В.Сушон убедился в высокой боеспособности русского флота, который не позволил застать себя врасплох. Русское командование получило подтверждение опасности разделения сил, а это вынудило практически отказаться от разведки.
Активность противника побудило русское командование заминировать подходы к Босфору. В ночь на 9.12.14 отряд минных заградителей выставил напротив пролива 585 мин. На двух из них 13.12.14, возвращаясь в Босфор, подорвался 'Гебен', приняв до 2000 т воды. Выход из строя линейного крейсера стал одной из главных причин отказа германо-турецкого руководства от перевозки войск в Трапезунд.
До окончания постройки кессона, т.к. в Турции не было соответствующего дока 'Гебен' трижды выходил в Черное море, главным образом, для введения русских в заблуждение относительно своей боеспособности. Ремонт самой опасной пробоины левого борта закончили только 15.03.15, в день бомбардировки Босфора Черноморским флотом.
Да, МОЛОДЦЫ наши моряки, честь и хвала!
Насколько помню историю, наши моряки всегда отличались храбростью, смелостью, отвагой и любовью к Отечеству,даже не взирая на численное преимущество врага. Взять хотя бы Цусимское сражение, где сборная эскадра русских кораблей вступила в неравный бой со всем императорским флотом японцев, спеша на выручку в Порт Артур. Да, такое забыть нельзя. А взять хотя бы оборону Одессы, Севастополь, да мало ли примеров. Немцы их очень боялись и называли "Черная Смерть". Так было, есть и будет!
В ответ В.Сушон решил обстрелять Одессу, а для прикрытия операции вывести в море 'Гебен', способный развить 20-узловую скорость, при частично локализованной пробоине правого борта. Однако задуманная операция провалилась. Правда 'Гебен' и 'Бреслау' потопили в районе Крыма два торговых парохода, зато 21.03.15 сами были вынуждены отрываться от преследования всего русского флота. Превосходство в скорости позволило крейсерам уйти от погони. Проведенная вечером того же дня атака 1го дивизиона русских эсминцев окончилась безрезультатно, ответным огнем с 'Бреслау' был незначительно поврежден 'Пронзительный'. Не успела занять позицию для торпедного залпа и подводная лодка 'Нерпа', обнаружившая 'Гебен' на подходе к Босфору утром 22.03.15.
Ремонт линейного крейсера закончился только 18.04.15, а уже через пять дней Сушон вывел его в очередной демонстративный поход вместе с крейсерами 'Гамидие' и 'Бреслау'. 25.04.15 корабли вернулись в Босфор, где получили известие о действиях российского флота в районе Эрегли и гибели трех турецких угольщиков. Надеясь застать противника врасплох, Сушон направил 'Гебен' в море. 27.04.15 командир крейсера получил радиограмму: 'Семь русских военных кораблей в квадрате 228, курс SO'. После успешных операций в угольном районе Эбергард повел Черноморский флот к Босфору для обстрела его укреплений. Командир 'Гебена', Сушон остался в Константинополе, предполагая разделение сил противника, решил атаковать.
Адмирал Эбергард, не зная о нахождении 'Гебена' в море, действительно разделил силы: в 5-40 'Пантелеймон' и 'Три Святителя', пропустив вперёд тралящий караван, направились к Босфору. Для разведки укреплений с гидроавиатранспорта 'Император Александр 1' отправился гидросамолёт. Командующий флотом с кораблями 'Евстафий', 'Иоанн Златоуст' и 'Ростислав' остался в прикрытии, в 20-25 милях от пролива. Мористее несли дозор 'Кагул' и 'Память Меркурия'.
Погода стояла тихая и ясная, только оба берега Босфора прикрывала легкая мгла. Около 7-00 крейсер 'Память Меркурия' обнаружил на востоке 'большой дым', в котором опознал 'Гебена'.
В 7-05 командующий приказал 'Трем Святителям' и 'Пантелеймону' немедленно возвратиться к флоту, но для соединения всех пяти кораблей требовалось время. 'Три Святителя' и 'Пантелеймон' медленно разворачивались в протраленном пространстве, так что маневр занял около 18 минут. "Гебен" приближался, его командир Р.Аккерман уже убедился в долгожданном разделении сил противника и возлагал надежды на искусство корветтен-капитана Книспеля, готового засыпать 'Евстафий' снарядами: за 10 минут боя "Гебен" мог сделать не менее 150-200 выстрелов из орудий главного калибра.
Адмирал Эбергард был вынужден принять бой с тремя кораблями, из которых 'Ростислав' не мог считаться серьёзным подкреплением своим более молодым собратьям. В 7-35 'Евстафий' и 'Иоанн Златоуст', приведя "Гебен" на курсовой угол 110? правого борта, открыли централизованный огонь из 305мм орудий с дистанции 94 кабельтова. Одновременно "Гебен" повернул на почти параллельный курс и с дистанции около 87 кабельтов ответил пятиорудийными залпами, направленными против 'Евстафия'. 'Три Святителя' и 'Пантелеймон' еще находились не менее чем в двух милях от флагманского корабля флота.
Корветтен-капитан Книспель знал дело не хуже своего коллеги фон Хаазе с 'Дерфлингера', потопившего год спустя в битве при Скагерраке английски линейный крейсер 'Куин Мери'. Залпы 'Гебена' ложились очень кучно - вначале недолётами, а потом и прямо по курсу 'Евстафия', входившего в водяные столбы от разрывов 280мм снарядов. Однако попаданий небыло: 'Евстафий' шел зигзагом, изменяя так же скорость в пределах 10-12 узлов. В свою очередь, старшие артиллерийские офицеры 'Евстафия' и 'Иоанна Златоуста' лейтенанты Невинский и Смирнов в первые минуты не смогли поразить "Гебен". Снаряды разрывались о воду с недолётами, зато они мешали Книспелю корректировать огонь.
Ход боя переломил 'Пантелеймон', который в 8-05 обогнал 'Ростислав', стремясь занять своё - третье - место в строю бригады. Старший артиллерийский офицер 'Пантелеймона' лейтенант Мальчиковский вторым залпом, с дистанции более 100 кабельтов накрыл 'дядю', добившись попадания в среднюю часть корпуса 'Гебена'.
Снаряд разорвался у нижней кромки броневого пояса вызвав затопление бортового коридора и вывел из строя второе 150мм орудие левого борта.
Как впоследствии отмечали немцы 'стрельба велась русскими исключительно хорошо'. Вскоре "Гебен" получил ещё два 305мм снаряда: один попал в носовую часть жилой палубы, а другой разбил ящик для уборки противоторпедных сетей. Потерь в личном составе не отмечалось, но Аккерман решил выйти из боя. Находясь в 73 кабельтовых от русских кораблей "Гебен" резко отвернул вправо и в 8-16 стрельба с обеих сторон прекратилась.
В 23минутном бою три русских броненосца успели сделать 156 выстрелов главным калибром, добившись 3х попаданий. 'Евстафий' и 'Иоанн Златоуст' ещё стреляли из 203мм пушек выпустив 36 снарядов, ещё 13 305мм снарядов послал в противника 'Три Святителя'. А в ответ "Гебен" произвел до 160 безрезультатных выстрелов из 280мм орудий. В отличие от 'Дерфлингера' в Ютландском бою корабль Аккермана сам оказался под эффективным обстрелом, что и помешало ему добиться результатов.
Преследуя "Гебен", русские корабли отошли от пролива, что позволило 'Гебену' прорваться в Босфор.
01.07.15 на Севастопольский рейд прибыл из Николаева новый линкор 'Императрица Мария', который мог в одиночку расправиться и с 'дядей' и с 'племянником'. У немцев сохранилось лишь некоторое преимущество в скорости. С этого времени борьба с 'Гебеном', да и все боевые действия на Черном море вступили в новую фазу.
Следующий боевой поход 'Гебена' состоялся 27-29.07.15г. 29.07.15 русские подлодки 'Морж' и 'Тюлень' в районе Босфора безуспешно пытались атаковать "Гебен" шедший в охранении двух эсминцев. Затем последовали выходы в море в сентябре октябре и ноябре. Перерывы явились следствием трудностей в доставке угля из районов расположенных на малоазиатском побережье Турции, чему серьёзно препятствовали корабли Черноморского флота. В начале сентября 1915 г на Черном море появились германские подводные лодки.
В том же месяце Болгария вступила в войну на стороне Германии. Её флот, шесть стотонных миноносцев и шесть вспомогательных судов перешел в подчинение германского военно-морского командования. Тем самым зона активных действий на Черном море сместилась к болгарскому побережью. Но теперь путь по суше из Германии в Турцию был открыт для доставки всех видов снабжения.
Находившаяся в крейсерстве с 28.10 по 5.11.15 подводная лодка 'Морж' встретила "Гебен" шедший в охранении двух миноносцев, вышла на него в атаку и выпустила две торпеды, но воздушный пузырь от выстрела был своевременно замечен и "Гебен" сумел уклониться. После этого командование ограничило использование крейсера для охранения турецких транспортов.
К концу войны на 'Гебене' был увеличен угол возвышения орудий главного калибра, что предназначалось для нейтрализации существенного артиллерийского превосходства русских дредноутов.
В ночь на 26.12.15 г эсминцы 'Пронзительный' и 'Лейтенант Шестаков' ожидали выхода из Зунгулдака обнаруженного там парохода. В 3-10 'Пронзительный' потопил торпедами транспорт 'Кармен' шедший в Зунгулдак из Босфора. Узнав от пленных, что в море для прикрытия транспорта вышел "Гебен", русские эсминцы повернули в море. На рассвете они вновь направились к берегу. К этому времени крейсер, получив сведения о гибели 'Кармен', повернул обратно к Босфору. В 8-10 26.12.15 эсминцы обнаружили "Гебен" и по радио навели на него маневренную группу Черноморского флота, в составе линкора 'Императрица Екатерина II', крейсера 'Память Меркурия' и эскадренных миноносцев.
Так в 75 милях от Босфора "Гебен" встретился в бою с русским дредноутом 'Императрица Екатерина II'. Бой закончился безрезультатно для обеих сторон. В первые четыре минуты боя "Гебен" сделал 5 залпов по русскому кораблю, но дистанция (106-108 кабельтов) была слишком велика и он опять ушел к Босфору. В 9-44 26.12.15 линкор 'Императрица Екатерина II' открыл огонь с дистанции 125 кабельтов и продолжил обстрел в течение 21 минуты. Он выпустил по 'Гебену' 150 снарядов главного калибра, добившись нескольких накрытий и, возможно, одного попадания.
Огонь линейного корабля корректировал по радио эсминец 'Лейтенант Шестаков', занимавший выгодную позицию по отношении к плоскости стрельбы. Хотя "Гебен" и являлся более быстроходным, но с почти пустыми угольными ямами и имеющими слабину винтами, он с большим трудом оторвался и ушел от линкора 'Императрица Екатерина'. Из за большого расхода топлива на русских кораблях преследование линейного крейсера было прекращено.
В ночь на 20.06.16 германо-турецкое командование для оказания поддержки турецким войскам на кавказском фронте выслало "Гебен" и 'Бреслау' в восточную часть Черного моря для уничтожения русских транспортов. 21.06.16 года "Гебен" обстрелял портовые сооружения Туапсе. После получения сведений о нахождении новых русских линкоров севернее Эрегли оба немецких корабля направились к болгарскому побережью и только оттуда проскользнули к Босфору. После этого "Гебен" должен был пройти капитальный ремонт.
С октября 1916 года снова возникла острая нехватка угля , поэтому выходы турецких и немецких кораблей временно прекратились. Летом 1917 года "Гебен" прошел ремонт, во время которого устранили слабину внутренних винтов.
3.12.17 мирный договор с Советской Россией вступил в силу и боевые действия на Черном море прекратились.
20.01.18 крейсер вышел в Эгейское море, где потопил английские мониторы 'Раглан' и 'М-51' и сжег нефтехранилище на острове Имброс. В ходе операции на английских минах был потерян 'Бреслау', "Гебен" трижды подрывался на минах, но сумел прорваться в Дарданеллы. Однако беды крейсера на этом не кончились. В 11-32 у Нагары перед проходом в сетевых заграждениях из-за навигационной ошибки нового командира крейсера Штойцеля на 15-узловом ходу выскочил на банку. 26.12.18 крейсер удалось, наконец, снять с мели и 27.12 "Гебен" вошел в Константинопль и находился там до конца апреля 1918 г.
2.05.18 "Гебен" вошел в Севастополь, где впервые за всю войну прошел докование.
1.11.18 Турция пописала перемирие с Антантой, на следующий день крейсер был передан Турции, теперь уже навсегда.
Корабль в 1919-26 годах находился в небоеспособном состоянии. В 1927-29 годах проходил ремонт, с 1929 года снова оказался в боевом составе флота. В 1938 г крейсер модернизировали и до конца 40-х годов он, переименованный в 1930 г в 'Явуз', являлся флагманом турецкого ВМФ. В 1950 году корабль был выведен в резерв, а в 1954 исключен из списков боевого состава флота. 7.06.1973 г в присутствии командующего турецким ВМФ Фирата и военно-морского атташе ФРГ фон Робертуса состоялся последний торжественный спуск флага.
Всё верно, но откуда пошла эта демонизация "Гебена"-"Явуза"? Линейные крейсера типа "Мольтке" были хороши (вообще все немецкие линейные крейсера были хороши, при Ютланде Хиппер их показал), но этот мистический ужас, который перед ним испытывают все, кто писал о истории войны на Чёрном море? Да и тогда ему слишком много внимания уделяли. Разве только "Тирпицу" через два с половиной десятка лет страха враждебного больше досталось. Столь же мало обоснованного. Ну что такое "Гебен"?!! 27 (на испытаниях больше, но в 14-м году от отвратительной "средиземной" котельной воды - ещё меньше) узлов, и вправду больше любого крупного корабля русских. И всё! Бронирование - превосходное на фоне "Инвинсиблов", но сравнивать с морально стареющими, но новыми - "Евстафий" и "Златоуст" в особенности - русскими линкорами... да послабее, пожалуй... могу откопать цифры. 283мм орудия - десять штук. Хорошие пушки, но на четырёх русских кораблях - ШЕСТНАДЦАТЬ 305мм с длинной ствола 40 калибров. Значит преимущество в весе залпа - в двое уж точно. Да ещё и восемь (четыре на двоих на один борт) 203мм - мелочь, а приятно. 152мм я считать не буду, всёж-таки дистанции не русско-японские, а то была бы немцам полная конфузия. Итог: "Гебен" - опасный (не подавляюще, но явно сильнее) противник ля ОДНОГО русского броненосца. Два наших корабля сильнее, а уж соединение из ЧЕТЫРЁХ близких по типу линкоров (модернизация "Трёх святителей" сильно "осовременила" корабль) - результат боя у мыса Сарыч вполне закономерен. Хорошо поработали, но сверх естественного здесь ничего нет.
P.S. Уж коли мы на оружейном форуме - обращу внимание на калибр немецких орудий. Немцы, как известно, меряют пушки в сантиметрах, так что правильно писать 28-сантиметровые. Реальный калибр - 283мм, 280 - неверная транскрипция из сантиметров. Впрочем, часто встречающаяся.